Как получить вклад матери по доверенности, если у нее прогрессирует деменция?

У моего родственника деменция. что делать? — meduza

Как получить вклад матери по доверенности, если у нее прогрессирует деменция?
Перейти к материалам

Миллионы людей по всему миру в пожилом возрасте сталкиваются с деменцией. Это большое испытание как для самого человека, так и для его близких. «Медуза» уже выпустила монологи людей, которые ухаживают за своими родственниками с деменцией, а теперь — публикует карточки о том, что нужно знать об этом состоянии.

Не всегда. Многие с возрастом начинают испытывать небольшие трудности с кратковременной памятью: становится сложнее запоминать что-то новое, учиться. На повседневной жизни это не отражается и считается частью здорового старения.

Но если забывчивость нарушает привычное течение жизни, мешает работать, человек постепенно утрачивает навыки — не стоит все списывать на возраст.

Если коротко, деменция — это сочетание симптомов, которые возникают из-за ухудшения работы мозга.

Ставить диагноз — задача врача. Но вы можете заподозрить, что у вашего близкого начинается деменция, если вы заметили, что он или она:

  • часто теряет важные вещи, кладет их в странные места;
  • часто переспрашивает, забывая только что полученный ответ;
  • путает время или теряется в знакомом месте;
  • испытывает трудности с концентрацией, ошибается в денежных расчетах;
  • не может освоить простых инструкций — например, как включается стиральная машина или микроволновая печь.

Есть и другие признаки деменции: например, если у человека вдруг резко изменился характер, поведение, если у него стало часто меняться настроение без повода. Уже на ранних этапах активный человек может вдруг стать апатичным, безынициативным, перестать получать удовольствие от любого занятия.

Позже, по мере того, как деменция прогрессируют, некоторые пациенты становятся раздражительными, нетерпеливыми или импульсивными, другие — беспокойными и даже агрессивными. У человека могут возникать бредовые мысли (например, что соседи следят за ним или воруют его вещи) и .

Нарушение работы мозга приводит к тому, что поведение перестает быть осознанным, пациент не узнает своих родственников, постепенно теряет способность понимать речь и говорить.

Надо поскорее обратиться к доктору. Врачи подчеркивают, что ранняя диагностика позволяет продлить годы достойной жизни близкого человека. К сожалению, многие обращаются за помощью поздно, когда те немногие лекарства, которые могли бы замедлить процесс развития деменции и улучшить состояние, уже не действуют.

В крупных городах стали появляться должности районного и окружного дементолога. Такой врач обычно в курсе последних рекомендаций по лечению деменции. К нему может направить районный невролог, а к неврологу обычно направляет районный терапевт. Принимают они в поликлинике. Участкового психиатра можно найти в психоневрологическом диспансере (ПНД) вашего района.

Если вам не помогли в поликлинике и ПНД, стоит обратиться за консультацией в специализированные научные центры. Их адреса можно найти на сайтах:

Здесь сложно дать четкие рекомендации. Проще понять, что конкретный специалист вам не подходит. Например, лучше сразу бежать от врача, который с порога говорит: «Ну, а что вы хотите?! В таком возрасте это нормально».

Доктор не должен говорить о пациенте пренебрежительно или так, будто его нет в кабинете, давать точные прогнозы о продолжительности жизни и скорости развития заболевания, обещать исцеление. Люди с деменцией нуждаются в длительном и регулярном наблюдении, так что важно, чтобы врач был готов отвечать на вопросы и стать вашим партнером в заботе о вашем близком.

Да, так бывает. Люди с деменцией могут недостаточно критично оценивать свое состояние и отказываться от визита к врачу.

Иногда человеку проще согласиться на консультацию, если он считает, что главный повод посетить специалиста — это, например, бессонница, а не какие-то симптомы, связанные с ухудшением памяти и когнитивных способностей.

Некоторые не против пойти к врачу за компанию с родственником. Врачи рекомендуют проявить такт и, по возможности, не обманывать близкого.

Если уговорить пациента невозможно, вы имеете право вызвать участкового психиатра на дом (для этого ваш родственник должен быть зарегистрирован по месту своего проживания).

В некоторых ПНД это можно сделать по телефону, в другие придется идти и писать заявление на имя главного врача с просьбой об осмотре пациента на дому. Психиатр должен прийти в течение двух недель.

В критической ситуации (например, если родственник проявляет агрессию), можно вызвать скорую психиатрическую помощь.

Нет, ученым пока не удается найти эффективное средство. Самая распространенная причина старческой деменции — болезнь Альцгеймера. Никто точно не знает, почему и как развивается это заболевание, поэтому и лечение найти не получается.

Повысить качество жизни человека. Правильное лечение может облегчить некоторые симптомы — например, депрессию, тревогу, раздражительностью, агрессию. Кроме того, есть лекарства, которые помогают улучшить память при болезни Альцгеймера (ингибиторы холинэстеразы, мемантин), позволяя сохранить основные навыки на более долгое время.

Важно помнить, что всевозможные БАДы, ноотропы и капельницы раз в полгода к методам лечения с доказанной эффективностью при болезни Альцгеймера не относятся.

Забота и уход. Человек с деменцией не всегда может должным образом заботиться о себе — иногда ему даже трудно самостоятельно одеться, сходить в магазин.

Важно следить, чтобы ваш близкий не причинил себе вреда. Рекомендуется спрятать подальше потенциально опасные вещества (лекарства, чистящие средства). Нужно стараться, чтобы человек не упал — для этого в доме надо сделать хорошее освещение, и не держать на полу провода и скользящие коврики.

Если дома газ, надо выбрать плиту, которая отключает его подачу, если ваш близкий забудет зажечь огонь. Закрепите мебель, подумайте об установке поручней в ванной и туалете.

К сожалению, с определенного момента этими мерами уже нельзя обойтись: нужно, чтобы кто-то круглосуточно присматривал за вашим близким.

Это может быть по-настоящему сложно. Важно стараться не срываться на близкого, всегда помнить, что он не может полностью контролировать свои действия. В одной карточке нельзя уместить даже малой части советов на эту тему, но мы можем порекомендовать хорошую лекцию.

Можно нанять помощника или помощницу, специалиста по уходу за пожилыми людьми, но не все могут себе это позволить, а государство такие услуги не предоставляет.

Если деньги есть, важно помнить, что выбор подходящего человека — чрезвычайно сложное дело, и есть большой риск нарваться на самозванца.

Эксперты считают, что от кандидата не стоит требовать справки о медицинском образовании: важнее доброжелательность, здравый смысл, терпение и готовность тщательно выполнять рекомендации врачей.

Да, есть психоневрологические интернаты и частные пансионаты, где вашим близким будет, по меньшей мере, не хуже, чем дома в одиночестве. Конечно, учитывая чудовищную репутацию многих подобных заведений, выбор подходящего учреждения — непростая и ответственная задача. Помните, что государство может помочь с оплатой проживания в таких учреждениях.

Соберите как можно больше информации о заведении, опросите специалистов и, по возможности, родственников людей, которые там живут, изучите отзывы в интернете.

Съездите на место (желательно без предупреждения), поговорите с администрацией, посмотрите своими глазами, как сотрудники относятся к пациентам.

Важно, чтобы администрация вела себя открыто, спокойно реагировала на вопросы, приветствовала частые посещения пациентов родственниками, а не пыталась чинить преграды.

На поздних стадиях деменции у некоторых больных возникают боли — в этом случае лучше задуматься о помещении человека в паллиативный центр, если в вашем регионе такие центры есть. Нужно обратиться в районную поликлинику, пройти врачебную коммисию, получить заключение и рекомендации. Вот тут могут помочь:

С точки зрения государства, человек теряет юридическую самостоятельность только в том случае, если суд признал его недееспособным — то есть неспособным понимать значения своих действий и руководить ими.

Тогда человек лишается права заключать сделки, распоряжаться имуществом, ему назначается опекун.

Опекун имеет право решать самые разные вопросы, в том числе, связанные с лечением, госпитализацией, а еще помогает в домашних делах, заботиться о безопасности человека.

Важно постараться найти способ заранее обсудить с вашим близким юридические вопросы, потому что со временем его состояние будет ухудшаться.

Помогите разобраться с договорами (об аренде, ипотеке), организуйте встречу с нотариусом (чтобы составить завещание, оформить доверенность).

Предложите близкому составить письменные распоряжения на разные случаи жизни, чтобы в дальнейшем, по возможности, учитывать его пожелания.

Марианна Мирзоян

Редакция благодарит за помощь в подготовке материала геронтопсихиатра Марию Гантман

Источник: https://meduza.io/cards/u-moego-rodstvennika-dementsiya-chto-delat

О чем говорят родственники пациентов с деменцией

Как получить вклад матери по доверенности, если у нее прогрессирует деменция?

Деменцию – синдром, при котором клетки головного мозга разрушаются, и человек утрачивает способность мыслить, говорить, ходить, – диагностируют у 10 млн человек ежегодно (данные Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) на 2017 год).

Согласно подсчетам международной федерации по проблемам болезни Альцгеймера (самой распространенной причины деменции) Alzheimer’s Disease International, каждые три секунды кто-то в мире заболевает.

В 2015 году насчитывалось 46,8 млн дементных больных, а к середине века их число превысит 131 млн.

Актуальной статистики по России не существует. По последним данным (за 2004 год) в стране жили 1,8 млн человек с различными формами этого заболевания. Специалисты называют цифры заниженными, а также прогнозируют рост числа пациентов из-за старения населения. Согласно ВОЗ, синдром – одна из основных причин инвалидности пожилых людей в мире.

Деградация когнитивных функций человека происходит постепенно, пока заболевание считается неизлечимым. Некоторые фармацевтические компании, например Pfizer, даже свернули многолетние исследования и разработки.

Ряд препаратов может замедлить развитие симптомов на несколько лет, если начать терапию на ранней стадии. Но первые признаки родственники обычно просматривают, принимая деменцию за нормальную форму старения.

“Люди не понимают, что это заболевание”

“Люди не понимают, что это заболевание, что нужно обращаться к доктору. Они жалуются: у мамы так испортился характер, а свекровь по ночам не спит и гадости делает. Они стесняются, утаивают, не просят помощи”, – рассказала исполнительный директор некоммерческого партнерства “Объединение компаний индустрии услуг старшему поколению” Тамара Бондаренко.

Хотя в начальный период развития деменции больной может жить отдельно, выполнять простые бытовые дела, со временем человек становится зависимым от других.

На поздней стадии больной не ориентируется в пространстве и времени, с трудом ходит, не узнает родственников и друзей.

Возрастает потребность в контроле: нередки случаи, когда дементные пациенты уходят в неизвестном направлении, оставляют газ в квартире или переписывают недвижимость на первых встречных.

“Бабушка заболела, когда ей было 87. Хотя была крепкой. Тридцать лет прожила в деревне с дедом, на натуральных продуктах. Все началось со склероза, путаницы. Доходило до галлюцинаций. Она не понимала, где находится, не помнила, что было пять минут назад. Редко узнавала нас. Вместо чайника могла включить духовку.

Искала хлеб в морозильнике, шла в банк в три часа ночи. Включала воду. Мы даже подтапливали соседей, – рассказала “+1” 34-летняя Ирина из Санкт-Петербурга, которая ухаживала за пожилой родственницей пять лет. – Постепенно я перестала спать. Просыпалась каждые два-три часа. Психотерапевт выписал антидепрессанты.

Уже как год, как бабушка умерла, а у меня только недавно нормализовался сон”.

Чтобы отвлечься, Ирина устроилась на неполный день в садик помощницей повара. Женщина называет работу своим спасением. Вскоре у ее бабушки случился инсульт. Для ухода за больной Ирине пришлось бы уйти с работы, однако она призналась, что не умеет ставить уколы и проводить другие медицинские процедуры.

“Мы решили перевезти ее в пансионат. Выбирали хороший, подороже. Общались с одинокими стариками, которые там живут. В государственный не хотели, там долго не живут, а сиделку не могли позволить. Они берут по три тысячи в сутки. За интернат мы платили 50 тыс. в месяц. Еще десять уходили на памперсы, лекарства, пеленки.

Бабушкина пенсия часть расходов покрывала. Чтобы получить льготы, бесплатные лекарства, нужно столько врачей пройти! К тому получалось дорого – приемы, такси, все требует денег. В этом интернате она пробыла всего три месяца, чуть-чуть не дожила до 93. Но мы это связываем с последствиями инсульта. Она просто стала угасать”.

Родственники по-разному решают проблемы ухода, но специалисты уверяют – нет ничего лучше родного дома. По словам доцента кафедры нейро- и патопсихологии факультета специальной и клинической психологии МГППУ Ирины Рощиной, больным сложно адаптироваться в новых условиях. Даже походы в гости или поездки на любимую дачу не приносят былую радость, а провоцируют стресс.

Ухаживающим приходится решать множество вопросов – от социальных до юридических: как обустроить квартиру, чем лечить, как общаться, получать льготы, которые положены по закону людям с деменцией, необходимые приспособления, например, подгузники, оформлять инвалидность, защитить недвижимость, получать пенсию, когда больной не понимает, где расписывается.

В России в помощь родственникам дементных больных были созданы несколько общественных просветительских проектов, например онлайн-портал “Мемини”.

Несколько раз в год некоммерческая организация “Помощь пациентам с болезнью Альцгеймера и их семьям” (“Альцрус”) проводит в Москве семинары для родственников, ухаживающих за пожилыми пациентами с деменцией, “Школа заботы”.

Своим опытом жизни с больными с “+1” поделились несколько участников “Школы заботы”.

“Следуя рекомендациям врачей, можно продлить активную фазу”. Владимир, 57 лет

“Мы заметили симптомы в марте 2011 года Но задним числом поняли, что деменция начала развиваться раньше. За полгода до этого у нее плохо получалось шить, вязать, готовить. Но мы не придавали этому значения. Потом она стала путаться больше обычного, делать ошибки в простейших вещах. Мама, конечно, пожилой человек, но и мне, и сестре стало очевидно, что что-то не так.

Мы не понимали, что происходит, и отвели ее к невропатологу. Врач сразу сказала, у мамы – деменция, возможно, болезнь Альцгеймера. Выписала лекарства, уколы и подсказала специалистов, которые занимаются этой проблемой в Москве.

Прозвучал Научный центр психического здоровья РАМН. Отдел по изучению болезни Альцгеймера и ассоциированных с ней расстройств. Я его нашел. В первые же месяцы нам удалось попасть на прием. Первые пять-шесть лет мы регулярно там бывали.

Мне говорили, как вести себя с мамой в быту, чем ее занимать.

Первые годы мы жили активно. Занимались скандинавской ходьбой, играли в шахматы. Мы все делали вместе: покупки, еду, уборку, даже вместе стирали. Старались общаться: ходили в гости, сами приглашали друзей.

Но это время быстро прошло. Три года назад мама стала впадать в бредовые состояния, плохо спать, вести себя агрессивно. Последние два года она требует непрерывного контроля. На всех дверях и окнах пришлось поставить запоры, ручки с плиты снять. Если что-то делаю, оглядываюсь на нее каждые две-три минуты. Сейчас мама лежачая. Плохо говорит, ничего не понимает.

Вся забота лежит на мне. Поначалу я ходил на работу, но потом пришлось все дела оставить. Ситуация угнетала. Но со временем мы друг к другу привыкли, справляемся.  Сестра – наездами, приходит, когда может. Я в это время могу какие-то дела сделать. Но так как сестра, в отличие от меня, перед глазами постоянно не маячит, мама ее плохо воспринимает: не слушается, перечит.

Мамин характер за время болезни сильно изменился. Она плохо реагирует на всех людей, поэтому о сиделке мы не думали. Пансионаты мы не рассматривали тоже. Она очень беспокойная, энергичная, за ней сложно следить. Да и смена обстановки не пошла бы на пользу.

Мама, конечно, многого не осознает, но родные стены действуют на нее лучше. Даже когда мы первое время ездили на дачу к родственником, она всегда просилась обратно домой. Как нам рассказали в “Школе заботы” и как я сам понял опытным путем, забота о таких больных – все-таки дело родственников. Ничто не может заменить их помощь и уход.

По рекомендации специалистов центра мы встали на учет по месту жительства в психоневрологический диспансер. Врачи отправили, сказав, что там могут дать бесплатные лекарства. Но нужных препаратов не оказалось. Покупаем все сами. Тратим по 5-7 тыс. в месяц.

На мой взгляд, самое важное – вовремя заметить, придать значение изменениям и обратиться к специалистам. Ничего хорошего не произойдет, если пустить все на самотек. Следуя рекомендациям врачей, можно продлить активную фазу”.

“Если заботиться о здоровье, становится легче”. Ольга, 29 лет

“Мы живем с бабушкой моего мужа. Ей 87 лет. Она работала врачом. Пять лет назад она вышла на пенсию и на следующий же день слегла, сказав, что ничего не может. У нее появились различные страхи. Она стала бояться, что нет денег. Пыталась не ходить в туалет, боясь, что унитаз засорится, отказывалась есть, опасаясь, что еда закончится. Она не хотела принимать таблетки.

Мы сводили ее в центр психического здоровья. Врачи поставили диагноз и назначили лекарства. Хотя страхи стали менее яркими, она все так же отказывается выходить на улицу, сильно похудела, а когнитивные нарушения прогрессируют.

Мы впервые оказались в такой ситуаций. И по началу не понимали, что делать, как себя вести. Когда она отказывалась есть, мы пытались убеждать, приводить какие-то аргументы и только раздражались.

Когда я сходила на “Школу заботы”, выяснилось, что страхи – классические симптомы деменции. Специалисты объяснили, как общаться с бабушкой: в повелительной форме короткими предложениями, говорить, например, “ешьте”, “возьмите ложку в руку”; рассказали, какие государственные службы и как могут помочь. В голову не приходило, что можно по льготе получить пеленки или вызвать помощника.

Иногда я думаю, что есть смысл в пансионатах, если они хорошие. Но муж категорически против интернатов. Это его любимая бабушка. К тому же она так приросла к дому, что ей было бы сложно переехать в новое место.

Расходы на уход не подсчитывали, но сумма получается довольно обременительная. Помимо лекарств, нужны пеленки, визиты врачей, сейчас это в основном, травмотолог. Критических ситуаций не возникало.

У нас маленький ребенок, поэтому нахожусь дома и ухаживаю за бабушкой я. Ее состояние меняется. Когда я сильно устаю, у меня опускаются руки. Иногда наваливается: какие мы глупые, что переехали к бабушке, нужно было сиделку нанять. Но это быстро проходит, если с кем-то пообщаться.

Если заботиться о здоровье, становится легче. По утрам я делаю зарядку, танцую. Иногда необходимо уехать из дома. Несколько дней муж занимается бабушкой, а я гуляю, стараюсь не думать о бабушке.

Когда она, например, отказывается, есть, и я чувствую, что подходит раздражение, эмоции зашкаливают, я запираюсь на кухне или в комнате и ору. Помогает”.

“Грант почему-то не дают”

Специалисты признают, что постоянная забота за родственником с деменцией – эмоциональная и финансовая нагрузка для семьи. Многим, как Владимиру, приходится бросать работу. Люди выгорают, страдают депрессиями, подрывают здоровье.

В западных странах на помощь семьям приходят пансионаты. В России, по словам  Тамары Бондаренко, подходящих учреждений мало. Ни в стационарах, ни психоневрологических диспансерах позаботиться о больном должным образом не могут.

“В каждом российском пансионате, как в государственном, так и частном, есть дементные пациенты, потому что это та категория пожилых людей, от которой, в первую очередь, хотят избавиться дома, – рассказала эксперт. – Считается, что любой пансионат подходит.

Те, кто больше озабочен любимыми родственниками, ищут достойные пансионаты, понимая, что за два рубля уход никто не обеспечит. Те, кто сами нуждаются, выбирают, что придется”.

Однако уход за дементными больными должен быть специализированным. В пансионатах должны работать подготовленные кадры, пространства – правильно организованы.

“Коридоры, например, должны быть ломанными, а комнаты – рассчитаны на одного пациента, либо четверых, если стационар не располагает средствами и не может поместить пациентов в отдельные палаты.

Причина банальна: живущие вдвоем начинают ссориться, а в тройке двое могут дружить против одного”, – поясняет эксперт.

Существует масса нюансов, о которых знают за границей. Россия с точки зрения подготовки специалистов и технологий отстает. “Я, как человек, который двадцать лет крутится в этой теме, вижу, что у государственных организаций большая проблема в развитии технологий.

У них много денег, но они консервативны. Частные, наоборот, готовы к инновациям, но испытывают нехватку финансирования.

Мы можем скакнуть вперед, если соберем воедино знания, деньги, технологии, пути их внедрения, построим доступные модели взаимодействия”, – отметила Тамара Бондаренко.

Как считают эксперты, необходимо развивать систему оценки учреждений. Она позволит публиковать объективную информацию о пансионатах. Будет ясно, в каком заведении некачественно работают и из-за чего – например, неподготовленных кадров, плохого материального обеспечения, недостатка финансирования.

“Эксперты смогут рассказать, что сделать, чтобы организация могла дальше развиваться и качественно помогать больным с деменцией. Но оценка требует много денег и ресурсов. Поскольку частники, как правило, небольшие, небогатые учреждения, они не могут позволить себе создать такую систему даже вскладчину. Развивать оценку необходимо за сторонние деньги.

Наше партнерство хотело получить президентский грант на этот проект. Но пока почему-то не дают”, – сокрушается Тамара Бондаренко.

Материал предоставлен проектом “+1”. Больше новостей о социальной ответственности ищите здесь.

Источник: https://tass.ru/plus-one/4996523

Адвокат24
Добавить комментарий